Яков Гордин: Подписка есть, но она рухнула по вполне осязаемой причине

Создано 23.05.2017

Правительство Петербурга рекомендует районным администрациям организовать подписку на литературные журналы, но рекомендации не выполняются. Старейший петербургский литературный журнал "Звезда"надеется дотянуть до конца года, но за его пределы смотрит с тревогой.

Примерно в таком же положении находятся и другие толстые журналы, издаваемые в разных городах, но проблема не в том, что их перестали читать, а в том, что в России стремительно исчезают библиотеки. Падение журнальных тиражей и кризис книгоиздания – прямое следствие того, что катастрофически сокращается число провинциальных библиотек, а те, в которых жизнь еще теплится, больше не могут пополнять свои фонды новыми книгами и подписываться на периодические издания. Эту проблему мы обсуждаем с известным историком, соредактором журнала "Звезда" Яковом Гординым.

– Яков Аркадьевич, вы уже давно бьете тревогу по поводу того, что толстые журналы находятся на грани выживания. В чем дело? Не стало подписки?

– Подписка есть, но она резко рухнула, причем по вполне осязаемой причине. Ведется много разговоров о судьбе толстых журналов – то ли просто меньше читают, то ли телевизор виноват, то ли электронные устройства, но на самом деле проблема тиражей объясняется очень просто. После колоссальных тиражей 90-х годов, естественно, произошел слом. В причинах, думаю, надо разбираться с социальным психологом – они далеко не всегда финансовые, хотя, конечно, люди сильно обеднели. Но почему-то они перестали подписываться, а стали ходить в библиотеки. И в середине 90-х годов, не в самое благополучное время, подписка "Звезды" была около 15 тысяч. В блокаду она была 10 тысяч. 15 тысяч – это нормально, это абсолютная самоокупаемость, и все было хорошо, поскольку даже тогда у библиотек были деньги.

Когда пришел наш нынешний министр культуры, человек с идеями (а это самое страшное, что бывает у людей такого типа), все стремительно пошло под гору. Почему? Один пример. В 2014 году Министерство финансов выделило Министерству культуры для финансирования библиотек 350 миллионов рублей – не бог весть какая сумма, но все же вполне приличная. Но почему-то именно с этого времени тиражи стали особенно активно падать.

Я запросил нашу Публичную – Российскую национальную библиотеку, там есть научно-методический отдел во главе с Сергеем Александровичем Басовым, они ведут наблюдение за всеми библиотеками страны. И мне пришло письмо за подписью тогдашнего директора, где говорилось, что в 2014 году министерство культуры само отказалось от 350 миллионов на комплектование библиотек – их вернули в бюджет за ненадобностью. Мы обсудили это с нашим уполномоченным по правам человека Александром Шишловым и пришли к выводу, что нарушены права граждан на получение культурной информации. Он направил запрос в министерство культуры, и вот что ему ответили: "В Федеральном законе "О федеральном бюджете на 2015 год и плановый период 2016–2017 годов" на статью расходов, предусматривающую предоставление бюджетам субъектов Российской Федерации финансовых средств на комплектование книжных фондов библиотек муниципальных образований, включающих также подписку на литературно-общественные журналы, предусмотрено 45 миллионов рублей. Таким образом, заинтересованные в подписке своего издания средства массовой информации должны самостоятельно взаимодействовать с библиотеками в части продвижения своего продукта на рынок библиотечных услуг, что, в свою очередь, коррелирует с требованием законодательства РФ в сфере защиты конкуренции".

Я думаю, этот прекрасный текст коррелирует с известной формулой Ленина: формально правильно, а по существу издевательство, то есть "сами договаривайтесь с библиотеками, и все будет в порядке". Но в 2015 году в России была 43 271 библиотека – если 45 миллионов рублей разделить на это число, то на каждую библиотек придется 1039 рублей. На это, возможно, удастся с трудом выписать одну районную газету – вот и весь закон о конкуренции.

– Берите 1039 рублей и ни в чем себе не отказывайте...

– Да, и радуйтесь... Это откровенное издевательство! А вообще, по данным того же научно-методического отдела РНБ и Российской библиотечной ассоциации, в последние годы около полумиллиона человек затребовали в библиотеках толстые журналы. Причем, судя по ответам из провинциальных библиотек, это лучшие кадры читателей – "люди старшего и среднего возраста и устойчивая группа молодежи". Мне передавали слова нашего президента о том, что толстые журналы должны существовать, их читают пенсионеры, – значит, его не совсем верно информируют. Точные данные говорят о другом – причем это данные не опросов, а библиотечных формуляров, то есть документальные. Получается, что спрос есть, но тиражи действительно очень маленькие.

– Потому что нет подписки?

– Потому что у библиотек нет денег. И даже когда есть, они не могут ими воспользоваться. Недавно мне позвонила заведующая центральной библиотекой одного из крупных городов Ленинградской области. Под ее началом еще библиотек 15 поменьше. Она говорит: Яков Аркадьевич, мы получили деньги на подписку для всех библиотек, но наши финансовые органы запретили мне их использовать, поэтому мы вынуждены выписать только один экземпляр журнала. Я люблю жалобное mot Николая I, который говорил: "Вы думаете, я управляю Россией? Ею управляют столоначальники".

Могу проиллюстрировать эту жалобу. 24 декабря того же рокового 2014 года, когда господин Мединский, очевидно, решил, что с бумагой пора кончать, президент Путин утвердил основы государственной культурной политики, где говорится, что все органы государственной власти обязаны сохранять сложившуюся сеть организаций культуры, создавать условия для их развития и модернизации, содействовать усилению и сохранению библиотек как общественного института распространения книги и приобщения к чтению. А еще там сказано в преамбуле, что государственная культурная политика признается неотъемлемой частью стратегии национальной безопасности страны. И это правильно: управлять невежественным населением – это не то, чего хочет любой разумный правитель. Но при этом в 2014 году в России была 44 381 библиотека, а к январю 2017 года их осталось 42 748, то есть за 2 года число массовых библиотек в стране уменьшилось на 1633. По данным нашего научно-методического отдела РНБ, ежегодно Россия теряет не менее 700 библиотек, они просто закрываются.

– Что же нас ждет, если дело пойдет такими темпами?

– Вот именно. И все это делается вполне целенаправленно. Есть прогнозы, у меня даже есть такая таблица – сколько библиотек еще должно закрыться в ближайшее время. Так вот, в Псковской области по этому прогнозу будут закрыты 62% библиотек, включая детские.

– Яков Аркадьевич, а под каким предлогом их закрывают? Для этого все-таки нужны какие-то основания.

– Это делается так. Министерство культуры рассчитало, что в населенном пункте должно быть не менее 1000 человек для того, чтобы в нем могла существовать библиотека. А в среднем население маленьких деревень и поселков – 250–300 человек. И до недавнего времени во многих из них были библиотеки, которые являлись культурными центрами сразу для нескольких населенных пунктов. Теперь все они закрываются на совершенно законных основаниях, а иногда – на незаконных.

На моих глазах в Псковской губернии уничтожили библиотеку, которую я помогал комплектовать. В волостном центре Алоль была прекрасная сельская библиотека в семь тысяч томов, ею пользовались все окружающие деревни, там много лет работала очень квалифицированная библиотекарь Нина Александровна. Там собирались люди, там я встречался со школьниками, совершенно прелестными старшеклассниками. Но власти Пустошкинского района решили эту библиотеку закрыть – якобы не хватает денег на отопление. Это очень небольшие деньги. Я, честно говоря, подумал, что дом хотят кому-то продать – ничего подобного: он уже несколько лет пустует и разрушается.

– А что стало с книгами?

– С книгами происходит замечательный трюк. Если закрывается библиотека, а где-то поблизости есть клуб, то она как бы переводится в клуб. Но при этом она по закону выпадает из финансирования на комплектование – и все, ни одной странички там больше не прибавится, она будет медленно умирать. Там получилось еще интереснее – там тоже был клуб, но туда помещалась только половина книг. И когда Нина Александровна спросила, куда же девать остальные, ей сказали: господи, ну сожгите! Естественно, она тут же уволилась.

Там вокруг живет много моих друзей, среди них немало докторов наук, которые купили там дома, и мы написали письмо губернатору и районным властям, что мы готовы скидываться на отопление. Письмо было на бланке "Звезды", и мы получили вежливый ответ от губернатора Псковской области с благодарностью за заботу и объяснением, что сделать ничего невозможно, что библиотека прекрасно работает в клубе. Так что библиотеки закрываются или благодаря этой разработке министерства культуры: 1000 человек – одна библиотека, или по желанию местных властей, которым библиотека не нужна.

– И это ведь, наверное, не из ряда вон выходящий случай?

– Конечно, с библиотечным делом у нас катастрофа. Я люблю цитировать Петра Андреевича Вяземского. Когда Пушкин написал знаменитые стихи "Клеветникам России": "Иль мало нас? От Перми до Тавриды, От финских хладных скал до пламенной Колхиды…", Вяземский очень на них рассердился и записал у себя в дневнике: "Мне так уже надоели эти географические фанфаронады наши: "От Перми до Тавриды" и проч… Что же тут хорошего, что мы лежим врастяжку, что у нас от мысли до мысли пять тысяч верст, что физическая Россия – Федора, а нравственная – дура". Понимаете, вот у нас теперь тоже становится от мысли до мысли пять тысяч верст, буквально, физически. Ведь ни министр культуры, ни его окружение не понимают простых вещей – что такое единое культурное пространство страны, не менее важное, чем экономическое и политическое пространство. Это мощный способ объединения людей, и для того, чтобы оно существовало, оно должно быть насыщено некими культурными узлами.

В царское время с библиотеками в России было нехорошо, и эту функцию выполняли литературные журналы – они объединяли читающих людей, не обязательно дворян – было много грамотных купцов и разночинцев. Пушкинский "Современник" читали и в Варшаве, и в Кяхте, таким образом, люди представляли себе культурный процесс, понимали, что делается в столицах, в Петербурге и отчасти в Москве. Теперь идет планомерное разрушение этого единого культурного пространства.

Вместе с библиотеками погибают журналы, хотя положение петербургских журналов относительно лучше, чем московских. К моему изумлению, московским властям вообще плевать на свои знаменитые журналы, они их лишили льготной аренды. У нас все же есть программа поддержки СМИ, и журналы "Звезда" и "Нева" как социально значимые проекты получают какую-то поддержку от Комитета по печати. Но это глубоко ненормально, потому что журнал должен существовать на средства подписчиков. А для этого нужны библиотеки, у которых есть деньги на подписку, и это замкнутый круг: у библиотек нет денег – у журналов нет тиражей. При этом спрос на электронный журнал неизмеримо больше, чем на бумажную версию – у нас, у "Звезды", тираж 2 тысячи, а наш сайт ежегодно посещает 150 тысяч человек. Из них как минимум 50 тысяч – это люди читающие. А посетителей "Журнального зала" – сотни тысяч, которые складываются в миллионы.

– "Журнальный зал" – это электронная система, включающая самые лучшие и известные бумажные и электронные журналы. Это же мощный навигатор: человеку в книжном магазине с ходу не разобраться, какие книги стоит купить – гораздо проще зайти в "Журнальный зал" и сориентироваться.

– Да, там собраны основные журналы, и, главное, люди их читают. Но тут есть еще нюансы. Понимаете, интернет – великое изобретение человечества, но это все-таки хаос. Чтобы получать оттуда знания, нужно очень хорошо уметь им пользоваться. Журнал – это микрокосм, структурированный срез культурного процесса. Взяв его в руки, учитель литературы или истории получает, как правило, доброкачественное представление о том, что делается в культуре. Попробуйте собрать все это через интернет! Поэтому у журналов своя функция, не говоря о том, что они чрезвычайно важны для молодой литературы. Начинающий, никому не известный поэт, написавший несколько десятков прекрасных стихотворений, как правило, не может их издать – он не интересен издательствам. И он несет их в толстый журнал – и так выходит к читателю, профессионализируется, ведь в журналах все-таки есть отбор. И с прозаиком происходит то же самое.

– А издатель судит о литераторах тоже по журналам.

– Естественно. Поэтому для молодой литературы это очень важно. Кроме того, есть еще важный момент: безумная идея, что бумажную литературу можно одномоментно заменить ее электронным аналогом, – это вздор. Это две разные традиции. Бумажная традиция недаром существует тысячи лет, и несколько легкомысленно ликвидировать ее по желанию господина Мединского. Как эти люди представляют себе замену существующих библиотек электронными? Они сознательно удушают библиотеки, заявляя, что пора кончать с этой пыльной бумагой. Во-первых, чисто технологически отсканировать миллиарды листов – это гигантская работа. Кроме того, все, кто знаком со сканированием, знают, что совершенного сканирования не бывает. Тут еще нужна работа десятков тысяч корректоров, сличающих эти листы, особенно в научной литературе. Это сложнейший процесс, дело десятилетий, нормального культурного развития, а не революционной атаки a-ля Первая Конная.

– А разве нет проблемы носителей, которые устаревают? Ведь пройдет немного времени, и придется все снова переписывать на новые носители.

– Конечно! Но эти люди живут сегодняшним днем. Им кажется, что они вот сейчас все отсканируют, как – непонятно, сколько это стоит, кто этим будет заниматься... Они великие утописты. Последствия их не интересуют – ну, устареет все через десять лет, а я в это время уже не буду министром.

– Яков Аркадьевич, а почему вы именно сейчас решили поднять эту тему?

– Я этим занимаюсь давно, но сейчас, как говорится, подходит край: с каждым годом библиотек все меньше, за последние три года они фактически не получают денег, на положении журнала это сказывается катастрофически. "Звезде" пока жаловаться грех: в прошлом и отчасти в этом году нас поддержали три благотворительных фонда, и в прошлом году мы все массовые библиотеки и часть школьных и вузовских снабдили двумя комплектами "Звезды". Это была такая совместная акция с Комитетом по культуре, мы получили благодарность.

Вообще, существуют всякие идиотские юридические ограничения: в прошлом году я думал часть этих комплектов передать в школьные библиотеки, но оказалось, что мы не имеем права сделать это. Хотя это странно: мы в прекрасных отношениях с Комитетом по образованию Ленинградской области, и в областные школьные библиотеки мы прекрасно развозим журнал, а в городские почему-то не можем. И в двух наших городских районах библиотеки на второе полугодие остаются без подписки: у них нет денег.

– А что тогда говорить о сельских библиотеках: они жалуются, что уже давно не получали ни новой книжечки, ни журнала – ничего.

– Понимаете, вот мы говорим о журналах, а ведь существует еще проблема книгоиздания. Гибель библиотек ставит книгоиздание в очень трудное положение. Еще недавно "Пушкинская библиотека"Марии Веденяпиной рассылала каталоги, собирала заявки библиотек, покупала книги у издательств, но теперь это прекратилось. И небольшие, и средние культурные издательства, естественно, в очень тяжелом положении. Книжная торговля у нас – это катастрофа. Но и с нашим журналом все очень тревожно, ведь снабжение библиотек комплектами "Звезды" стало возможно только благодаря благотворителям, субсидировавшим этот проект. Не факт, что мы сумеем повторить это на будущий год – уже точно известно, что один из фондов больше не сможет нам помогать. И что тогда – закрывать журнал, которому 90 с лишним лет и который выходил даже в блокаду? – таким вопросом задается соредактор журнала "Звезда" Яков Гордин.

Татьяна Вольтская

Источник: Радио Свобода